CURRENT EPIDEMIOLOGICAL TRENDS OF ACUTE VIRAL HEPATITIS IN RUSSIA

Abstract

The purpose. Determine the current trends of the epidemic process of acute viral hepatitis (AVH): in the conditions of polyethylene friendliness, the influence of socio-economic changes taking place in the Russian Federation and measures of specific immunoprophylaxis of hepatitis B and A. Methods. The analysis of the data of the state statistical reporting of acute viral hepatitis in the Russian Federation (Form No. 2 "Information on infectious and parasitic diseases") was carried out, the analytical tables developed by the Pasteur Research Institute of Epidemiology and Microbiology and the Reference Center for Monitoring Viral Hepatitis of the FBSI Central were analyzed. Research Institute of Epidemiology of Rospotrebnadzor. To establish the occurrence of polyetiology, a serological study was carried out by ELISA of 275 blood samples obtained from patients hospitalized in an infectious diseases hospital with a laboratory-confirmed diagnosis of hepatitis A (HAVAb IgM) for the presence of HBV markers: HBsAg, HBsAb, HBcAb and HCV: HCVAb. Results. The incidence of acute viral hepatitis has reached the elimination rate in children and adults. In 2009 the incidence of acute hepatitis C was 2.2 per 100 thousand of the population, in children under 14 years old - 0.6 per 100 thousand of the population, and in 2020 the rate decreased to 0.66 per 100 thousand of the population in the whole country up to 0.1 in children. A characteristic feature of the modern epidemic process of GA is the shift in incidence to age groups (20-39 years). The most common variants of polyetiology are HAV+ HBV (74%) Conclusion. The current trend in the epidemiology of AVH is a steady decrease in the incidence. The number of new cases of registration of both vaccine-controlled and non-managed AVH has been steadily declining in both children and adults. The most common variants of polyetiology are HAV+ HBV (74%).Vaccinal prophylaxis of HAV and HBV remains a necessary measure to combat various variants of the course of mixed infections.

Full Text

Возбудителями острых вирусных гепатитов (ОВГ) являются пять вирусов – A, B, C, D и Е, входящих в различные таксономические группы и ОВГ классифицируются в соответствии с механизмом передачи на энтеральные и парентеральные.

По данным Всемирной организации здравоохранения, вирусные гепатиты являются одной из основных причин смертности в мире. Летальность при гепатите А (ГА) варьирует от 0,1 до 2,1%, при гепатите Е (ГЕ) от 0,1 до 4%, достигая у беременных в третьем триместре 30%. От исходов и осложнений гепатитов В (ГВ) и С (ГС) умирает до 1,4 миллионов человек в мире ежегодно [1, 2, 3, 4, 5].

В начале XXI века сформировалась стойкая тенденция снижения числа регистрируемых случаев ОВГ, сохраняющаяся и в настоящее время [6]. Заболеваемость энтеральными гепатитами связана с социально-экономическими факторами и гигиеническими условиями [7, 9, 10]. По данным ряда авторов, в структуре ОВГ многие годы доля ГА максимальна и составляет 50–55% [11]. Распространенность ГЕ в зависимости от географической характеристики неравномерна: в Великобритании – 13%, в Италии – 2,7%, в Нидерландах –1,9%, в Швеции – 9,3%, в Германии – 16,8%, в Сан-Марино – 1,5% [12].

Заболеваемость парентеральными гепатитами за последнее десятилетие в Российской Федерации (РФ) снижается, в следствии реализуемым противоэпидемическим и профилактическим мероприятиям [13, 14, 15, 16]. В настоящее время против ГВ вакцинировано 82% населения Европы. В Австралии, Вьетнаме, Камбодже, Китае, Корее и Филиппинах охват вакцинацией достигает 92% [17].

Цель исследования. Определить современные тренды эпидемического процесса ОВГ: в условиях полиэтиологичности, влияния социально-экономических изменений, происходящих в Российской Федерации и мероприятий специфической иммунопрофилактики гепатитов В и А.

Материалы и методы. Проведен анализ данных государственной статистической отчетности по ОВГ в РФ (форма № 2 «Сведения об инфекционных и паразитарных заболеваниях»), а также аналитических таблиц, разработанных специалистами Научно-методического центра по эпидемиологическому надзору за вирусными гепатитами ФБУН НИИ эпидемиологии и микробиологии имени Пастера и Референс-центра по мониторингу за вирусными гепатитами ФБУН Центральный НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора.

Для установления встречаемости полиэтиологичности проведено серологическое исследование методом ИФА 275 образцов крови, полученных от госпитализированных в инфекционный стационар пациентов с подтвержденным лабораторно диагнозом гепатита А (HAVAb IgМ) на наличие маркеров ВГВ: HBsAg, HBsAb, HBcAb (тест-системы: «ДС-ИФА-HBsAg», «ДС-ИФА-АНТИ-HBsAg», «ВектоHBcAg-антитела», Россия) и ВГC: HCVAb (тест-система «МилаЛаб-ИФА-АНТИ-HCV», Россия).

Для обработки полученных данных в ходе исследования применялось программное обеспечение Microsoft Office Excel 2010. Статистическая обработка данных проводилась в программе SPSS Statistics 21.0, с использованием непараметрических методов анализа.

Результаты и их обсуждение

При анализе этиологической структуры ОВГ в РФ установлено, что на протяжении восьми лет наблюдения (с 2013 г. по 2020 г.) ГА доминировал с незначительными коле­баниями заболеваемости. По среднемного­летним данным, в общей структуре гепатитов в стране удельный вес ГА составлял 65,1%, ОГВ – 13,2%, ОГС – 18%, ГЕ – 1,2%, ОВГНЭ – 2,5%. Доля ГА в общей структуре ОВГ была максимальной в 2014 и 2017 годах (69,7% и 70,3%, соответственно). В 2020 г. его доля также преобладала – 63,4%, на втором месте ОГС — 22% и 11,7% приходится на ОГВ. Доля ГЕ составила 1,3%. Доля ОВГ неустановленной этиологии (ОВГНЭ) в 2020 г. по сравнению с 2009 г. снизилась, составив 2%.

При ретроспективном эпидемиологическом анализе установлено активное снижение заболеваемости как энтеральными, так и парентеральными гепатитами (рисунок 1). В 2020г. по сравнению с 2019г. в стране отмечено снижение заболеваемости ОВГ.

 

Рисунок 1. Заболеваемость ОВГ на территории РФ в 2009-2020 гг.

 

Заболеваемость ГА в период с 2009г. по 2020г. снизилась в 3,9 раза (с 7,3 до 2,9 на 100 тыс. населения, p≤ 0,05). Минимальный показатель зарегистрирован в 2018г. и 2019г. и составил одинаково 2,9 на 100 тыс. населения. В США с 2016г. по 2018г. установлено увеличение регистрации случаев ГА на 294% по сравнению с 2013-2015гг. [18].

Начало официальной регистрации ГЕ в нашей стране началось в 2013г. и показатель заболеваемости в этом году составил 0,06, а в 2020г. 0,04 на 100 тыс. населения. Максимальный показатель зарегистрирован в 2019г. (0,12 на 100 тыс. населения).

За последнее десятилетие отмечено уменьшение числа случаев ежегодной регистрации парентеральных вирусных гепатитов: снижение заболеваемости ОГВ менее единицы было достигнуто в 2016г., а к 2020 г. показатель достиг 0,35 на 100 тыс. населения. Заболеваемость ОГС снизилась за указанный период в 3,3 раза (с 2,2 в 2009г. до 0,66 на 100 тыс. населения к 2020 г.). Подобные тренды наблюдаются и в других странах, например, в Германии в период 2005 – 2017гг. распространенность ОГВ у населения варьировала от 0,3 до 1,6%, а ОГС от 0,2 до 1,9% [19]. По данным исследования, проведенного в Сомали установлено, что распространенность ОГС достаточно высокая – 4,8%, из которых 1,4% приходится на детское население [20].

Распределение заболеваемости ОВГ на территории РФ в различных возрастных группах представлено в таблице 1.

Таблица 1. Заболеваемость ОВГ у детей до 14 лет и взрослых в 2009г., 2013г., 2020г. в РФ

Нозологическая форма

 

Год

2009, 0/0000

2013, 0/0000

2020, 0/0000

дети

до 14 лет

 

взрослые

 

дети

до 14

лет

взрослые

 

дети до 14 лет

 

взрослые

 

ОГВ

0,27

3,07

0,08

1,53

0,01

0,85

ОГС

0,57

2,54

0,27

1,65

0,08

0,79

ГЕ

0,01

0,07

0,02

0,04

ГА

16,11

4,91

12,6

4,4

3,01

1,66

 

Следует отметить снижение заболеваемости ОГВ у детей до 14 лет (в 2009г. – 0,27 на 100 тыс. населения, а в 2020г. – 0,01 на 100 тыс. населения), что достигнуто вследствие принятым мерам по профилактике ГВ (в том числе вакцинопрофилактике).

В РФ в 2009г. установлена относительно высокая заболеваемость ОГС у взрослого населения – 2,54 на 100 тыс. населения, в тоже время у детей до 14 лет данный показатель составил 0,57 на 100 тыс. населения. В 2020 г. среднефедеральный показатель у детей снизился до уровня менее единицы – 0,1 на 100 тыс. населения.  

Изучение возрастной структуры заболеваемости ГЕ в 2020г. показало, что наиболее уязвимыми являются взрослые в возрасте 20–49 лет (0,05 случая на 100 тыс. населения). У детей в возрасте до 14 лет регистрируются единичные случаи заболевания на территориях двух Федеральных округов: в Уральском Федеральном округе (Ямало-Ненецкий автономный округ) и Центральном Федеральном округе (Курская область). По данным других исследований также выявлена неравномерная циркуляция ВГЕ на территориях страны [21].

Установлено, что в 2020 г. ГА преимущественно регистрировался в возрастных группах 3–6 лет (6,25 на 100 тыс. населения) и 20–29 лет (3,82 на 100 тыс. населения). Согласно зарубежным статистическим данным, наблюдается увеличение числа зарегистрированных случаев заболевания у взрослого населения [22]. В Европейских странах, заболеваемость сместилась в возрастную группу 20–39 лет. [23, 24]. Изменения в возрастной структуре заболевших связано, как с улучшением соблюдения правил личной гигиены, так и с иммунизацией населения. Вакцинопрофилактика ГА существенно изменила эпидемиологию данной инфекции и является наиболее безопасной и эффективной мерой борьбы с ней [25, 26]. По данным литературы в 34 странах Европы и Азии вакцинация входит в Национальный календарь профилактических прививок [27]. После внедрения обязательной вакцинации процентное снижение заболеваемости ГА в Аргентине составило 88%, в Израиле 95%, в Панаме 93%. В настоящее время заболеваемость в данных странах колеблется от 0,4 до 7,9 на 100 тыс. населения, а в до прививочного периода 6,0–142,4 на 100 тыс. населения [22]. Вакцинопрофилактика ГА в РФ проводится в рамках Национального календаря профилактических прививок по эпидемическим показаниям.

Гепатит С относится к неуправляемым вакцинацией заболеванию, с высокой частотой хронизации (60-80%) в исходе острого периода и значительным риском развития цирроза печени и гепатоцеллюлярной карциномы (ГЦК).

Отличительной особенностью настоящего периода эпидемического процесса является полиоэтиологичность вирусных гепатитов. Мы считаем, что в будущем будут открыты новые возбудители и генетические варианты известных вирусов, циркулирующих на территории РФ.

В ходе проведенного анализа у пациентов с первично установленным ГА полиэтиологичность составила 20,5%. ГА-микст встречался в сочетании с хроническим гепатитом В (ХГВ), хроническим вирусным гепатитом С (ХГС) и хроническим гепатитом неустановленной этиологии. В этиологической структуре доминировало сочетание ГА + ХГВ — 74,0%. Сочетания остальных микст-инфекций составило: ГА + ХГВ + ХГС — 11,0%, ГА + ХГС— 8,0%, ГА + хронический гепатит неустановленной этиологии — 7,0%. Из данных эпидемиологического анамнеза было известно отсутствие вакцинации против ГА у всех пациентов. В большинстве случаев ГА протекал в среднетяжёлой форме (60%). У пациентов с хроническими заболеваниями печени возможно и более тяжёлое течение заболевания — вплоть до летального исхода.

Таким образом, до настоящего времени вирусные гепатиты остаются важной проблемой мирового здравоохранения, что определяет необходимость разработки национальных программ по контролю с конечной целью их элиминации.

Заключение

Современный тренд эпидемиологии ОВГ – устойчивое снижение заболеваемости. Число новых случаев регистрации как вакциноуправляемых (ГА, ОГВ), так и не управляемых (ГЕ, ОГС) ОВГ неуклонно снижается как у детей, так и у взрослых. Доля ГА-микст составляет 20,5%, при этом установлено, что наиболее частыми вариантами полиэтиологичности являются ГА+ХГВ (74%). Вакцинопрофилактика ГА и ГВ остается необходимой мерой борьбы с различными вариантами течения микст – инфекций.  

Вместе с тем, считаем необходим указать на опасность воззрения на проблему вирусных гепатитов, как почти решенных. Такая беспечность чревата потенциалом возникновением вспышек этой инфекции, а также увеличением числа больных хроническими гепатитами В и С.

×

References

  1. World Health Organization. WHO global health sector strategy on viral hepatitis. 2016; Geneva: World Health Organization, http://www.who.int/hepatitis/strategy2016–2021/.
  2. Esaulenko E.V. Fulminant hepatitis in real clinical practice /Esaulenko E.V., Alekseeva M.V., Sukhoruk A.A., Ponyatishina M.V., Priyma E.N., Bubochkin A.B.// Infectious diseases. 2017; 15(2): 70–74.
  3. Novak, K.E. Postmortal morphological character liver disease in patients with chronic viral hepatitis with clinical signs of cirrhosis / K.E. Novak,V.E. Karev, N.V. Dunaeva, E.V. Esaulenko //Russian Medical magazine. - 2011. - No 2. - P. 8–11.
  4. Viral hepatitis in the Russian Federation (analytical review, 11th issue). Ed. A.A. Totolyan. St. Petersburg: FBUN NIIEM named after Pasteur, 2018.
  5. Sologub, T.V. HBSAG Carrier: Condition or Disease? / T.V. Sologub [et al.] // Infectious Diseases. - 2008. - V. 6, No. 3. - S. 5–10.
  6. Razavi H. Global Epidemiology of Viral Hepatitis. Gastroenterol Clin North Am. 2020 Jun;49(2):179-189.
  7. Esaulenko, E.V. Epidemiological and molecular genetic features of enteral viral hepatitis in Russia at the present stage / E.V. Esaulenko, A.A. Sukhoruk, A.D. Bushmanova and others // Almanac of Clinical Medicine. - 2018. - N 46 (1). - C 50–58.
  8. Kankaria, A. Epidemiological investigation of an outbreak of Acute Viral Hepatitis A and E in a semi-urban locality in Chandigarh, North Indian Union Territory, 2016–17 / A. Kankaria, M. Gupta, M.D. Bashar et al. // J. Family Med Prim Care. – 2020. – V.9 (4). – P.1856–1867.
  9. Mikhailov M.I. Hepatitis E - actual problems of study (2016-2018) / M.I. Mikhailov, E.Yu. Malinnikova, K.K. Kyuregyan et al.// Infectious diseases: news, opinions, training. - 2019. - V.8 N1 (29). – C. 74-83.
  10. Novak K.E. Epidemiological situation of viral hepatitis A in St. Petersburg / K.E. Novak, A.D. Bushmanova // Medicine. Theory and practice. - 2019. - V.4 (S). – C. 389-390.
  11. Joon, A. Prevalence of Hepatitis A virus (HAV) and Hepatitis E virus (HEV) in the patients presenting with acute viral hepatitis / A. Joon, P. Rao, S. M. Shenoy et al. // J. Med Microbiol. - 2015. – V.33. – P.102-105.
  12. Clemente-Casares P, Ramos-Romero C, Ramirez-Gonzalez E, Mas A. Hepatitis E Virus in Industrialized Countries: The Silent Threat. Biomed Res ;2016:9838041. doi: 10.1155/2016/9838041
  13. Oorzhak N.D. Epidemiological characteristics of parenteral viral hepatitis (hepatitis B and C) in the Republic of Tyva / N.D. Oorzhak // Infection and immunity. - 2017. - N S. - P.50.
  14. Polyanina A.V. Epidemiological features of hepatitis B in the Nizhny Novgorod region in terms of vaccination / A.V. Polyanina, T.N. Bystrova, A.A. Zalesskih et al. // Collection of materials of the XI Annual All-Russian Congress on Infectious Diseases with International Participation. - 2019. - P.163.
  15. Esaulenko E.V. Fulminant hepatitis in real clinical practice /Esaulenko E.V., Alekseeva M.V., Sukhoruk A.A., Ponyatishina M.V., Priyma E.N., Bubochkin A.B.// Infectious diseases. 2017; 15(2): 70–74.
  16. Esaulenko E. V. Liver transplantation in childhood and adults / E. V. Esaulenko, A. A. Sukhoruk // Pediatrician. - 2015. - T. 6. - No. 3. - S. 98-103.
  17. Inoue T, Tanaka Y. Cross-Protection of Hepatitis B Vaccination among Different Genotypes. Vaccines (Basel). 2020;8(3):456. Published 2020 Aug 16. doi: 10.3390/vaccines8030456
  18. Castaneda D, Gonzalez AJ, Alomari M, Tandon K, Zervos XB. From hepatitis A to E: A critical review of viral hepatitis. World J Gastroenterol. 2021;27 (16):1691-1715. doi: 10.3748/wjg.v27.i16.1691.
  19. Sperle I, Steffen G, Leendertz SA, et al. Prevalence of Hepatitis B, C, and D in Germany: Results From a Scoping Review. Front Public Health. 2020; 8: 424. Published 2020 Aug 28. doi: 10.3389/fpubh.2020.00424.
  20. Hassan-Kadle MA, Osman MS, Ogurtsov PP. Epidemiology of viral hepatitis in Somalia: Systematic review and meta-analysis study. World J Gastroenterol. 2018;24(34):3927-3957. doi: 10.3748/wjg.v24.i34.3927.
  21. Malinnikova E.Yu. Viral hepatitis E. Modern view on the problem / E.Yu. Malinnikova, K.K. Kyuregyan, A.D. Polyakov et al. // Medicine of extreme situations. - 2018. - T.20, N3. - C.293-299.
  22. Stuurman AL, Marano C, Bunge EM, De Moerlooze L, Shouval D. Impact of universal mass vaccination with monovalent inactivated hepatitis A vaccines - A systematic review. Hum Vaccin Immunother. 2017;13(3):724-736. doi: 10.1080/21645515.2016.1242539
  23. Bushmanova A.D. Enteral hepatitis in countries with different endemicity / A.D. Bushmanova, K.E. Novak, N.V. Ivanova // Topical issues of socially significant infectious and parasitic diseases. – article in the conference proceedings. - 2020. - S. 7-11.
  24. Jefferies, M. Update on global epidemiology of viral hepatitis and preventive strategies / M. Jefferies, B. Rauff, H. Rashid et al. // World J Clin Cases. – 2018. – V. 6(13). – P. 589-599.
  25. Shakhgildyan I.V. Modern epidemiological features of hepatitis A and the effectiveness of universal mass vaccination among children / I.V. Shakhgildyan, M.I. Mikhailov, O.N. Ershova et al. // Current pediatrics (Moscow). - 2010. - V.9. No. 3. - 131-135.
  26. Stuurman AL, Marano C, Bunge EM, De Moerlooze L, Shouval D. Impact of universal mass vaccination with monovalent inactivated hepatitis A vaccines - A systematic review. Hum Vaccin Immunother. 2017;13 (3):724-736. doi: 10.1080/21645515.2016.1242539
  27. Sun, X. J. Changes in the epidemiology hepatitis A in three socio-economic regions of China, 1990-2017 / X. J. Sun, G.M. Zhang, R.J. Zhou et al. // Infect Dis Poverty. – 2019. – V.8 (1). - P.80.

Supplementary files

There are no supplementary files to display.


Copyright (c) Eco-vector



This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies